Размышления об игровой культуре

 Автор считает, что если животные играют, значит, они уже нечто большее, чем просто механизмы. Когда же играет человек, и он об этом знает, значит, он более чем просто разумное существо, так как игра есть занятие внеразумное.

 Под “внеразумностью” здесь понимается то обстоятельство, что игровое поведение необъяснимо одними только рациональными мотивами, оно является “избыточным”, непрактичным, ненужным. Но именно это обстоятельство (может быть, лучше было бы говорить тут не о “внеразумности”, а о “высшей разумности”) позволяет человеку отделить свой интеллект от работы по обслуживанию биологических потребностей и направить его на иные, высшие, надбиологические цели.

 Отсюда и начинается рост человеческой культуры. Она возникает в форме игры и первоначально “разыгрывается”. По мере развития культуры игровой элемент постепенно отступает на задний план. Однако он не исчезает никогда и  пронизывает всю историю культуры. Игра по-прежнему вовлекает в свой круговорот как отдельную личность, так и огромные массы людей.

 В своем произведении Хёйзинга приводит наиболее важные признаки, свойственные разнообразным видам игр. Данные признаки характеризуют  в самом общем виде культурный сценарий игровой деятельности, который в различных играх конкретизируется, и приобретает специфические для данных игр формы. Рассмотрим эти признаки:
Всякая игра есть свободная деятельность. Игра по приказу уже не игра.

 Игра по своей природе не утилитарна. Она лишена корыстного стремления к извлечению выгод, не направлена непосредственно на удовлетворение каких-либо потребностей, материальных интересов.

 Игра связана с выходом за рамки настоящего, реального в область воображаемого, “ненастоящего”. Любой ребёнок понимает, что в игре все происходит “невзаправду”, “понарошку”.

 Игра отличается от “обыденной”, реальной жизни, в замкнутом пространстве-времени. У нее четко фиксируемые границы во времени и пространстве.